«Раньше такие пациенты погибали». На Урале школьница встала на ноги после восьми месяцев комы

Эвелина была совершенно здоровым ребенком. Занималась танцами. С первого по шестой класс она ни разу не болела даже ОРВИ. Потом перенесла коронавирусную пневмонию в легкой форме, через две недели ее уже выписали. А через какое-то время случилась настоящая беда. Эвелине поставили диагноз, который когда-то был приговором — такие пациенты не выживали. Сейчас нейрохирурги Челябинска спасли ей жизнь. Но подобные вмешательства на головном мозге очень опасны осложнениями. Эвелину парализовало, почти восемь месяцев она была в вегетативном состоянии.

Сейчас Эвелина проходит лечение в Екатеринбурге, в клинике «Реабилитации доктора Волковой». Рассказываем историю девочки, которая борется за возвращение к нормальной жизни.

Никто точно не может назвать причины того, что случилось.

Эвелина была здоровым активным ребенком, увлекалась танцами, сначала эстрадными, потом спортивными бальными, выступала на конкурсах и соревнованиях, получила второй спортивный разряд.

«Она по шесть часов в день танцевала, никто не заставлял, говорила: „Никогда не брошу танцы“. Неожиданно в январе 2025 года начались головные боли. До этого она с первого класса не болела, ни разу не была на больничном», — рассказывает мама девочки Ольга.

Врачи сначала не заподозрили ничего страшного, предположили, что это боли напряжения, что у ребенка метеочувствительность, реакция на магнитные бури. Препаратов сначала назначать не стали, посоветовали больше отдыхать. Боли на какое-то время прошли, потом возобновились. На этот раз невролог назначил ноотропы на три месяца, после них нужно было сделать МРТ.

Лекарства помогли, но в один из дней голова заболела очень сильно, началась рвота. Вызвали скорую. Девочку госпитализировали в отделение неврологии, там сделали МРТ. Исследование показало кисту в головном мозге. Это доброкачественное образование, но киста сформировалась именно в таком месте, что перекрыла канал оттока жидкости. Это очень опасное для жизни состояние.

Эвелине поставили шунт, чтобы снизить внутричерепное давление. Девочке стало лучше, и 3 октября 2025 года ее выписали из больницы, Эвелина пошла в школу.

Через месяц назначили МРТ, дальше нужно было удалять кисту. Но перед плановой операцией у Эвелины снова невыносимо заболела голова. В больнице выяснили, что шунт сломался, образовались гематомы.

Дальше было всё хуже и хуже. Провели несколько нейрохирургических операций, ставили дренажи, вводили в медикаментозную кому, из которой потом с трудом вывели, начался отек мозга. Сделали трепанацию черепа, открытую операцию, убрали гематомы. После таких тяжелых вмешательств, которые были необходимы, чтобы спасти жизнь, Эвелину парализовало, она так и не пришла в себя полностью. Несколько реабилитаций не помогли.

Эвелину привезли в Екатеринбург, в клинику «Реабилитации доктора Волковой» 20 апреля из Челябинска в состоянии бодрствующей комы (медицинское название — синдром реактивного бодрствования).

Это полная безучастность пациента к окружающему миру, при этом человек не спит и находится в сознании. Реабилитацию в клинике Волковой оплатил благотворительный фонд РМК, куда обратились родители Эвелины. Сами они не смогли бы потянуть такие суммы: мама — менеджер в торговой сети, папа — инженер на одном из челябинских предприятий.

Мама снова вспоминает, в каком плохом состоянии была дочка. А через полторы недели после начала курса реабилитации случился прорыв. Девочка начала поднимать руку. Потом появилась речь. Интересно, что речь появилась не с одного слова, а с целой песни. Во время занятия с логопедом девочка запела, повторяя слова известной детской песни «Антошка», попадая в ритм мелодии. После этого появились слова и предложения.

Дальше — больше: научилась сидеть, вставать у стенки, крутить колеса велотренажера. Самое главное, что восстанавливается интеллект. Снова стала читать, переписываться в мессенджерах, считать не простые примеры, а дроби, вспомнила, что такое числитель и знаменатель.

Эвелина лежит в клинике вместе с родителями, папа и мама сменяют друг друга, по очереди берут отпуска — на работе, зная ситуацию, поддерживают. После мамы с Эвелиной будет рядом старшая сестра.

«Вся семья, родные сплотились, подруги, друзья Эвелины с танцев, из школы тоже поддерживают, отправляют голосовые, видео, — рассказывает мама. — То видео с песней я выслала всем: папе, бабушке, подружкам ее, все счастливые, плачут. Эвелина всё мечтает о танцах, говорит: „Я обязательно вернусь“».

Откуда взялась киста, неизвестно. Кто-то из врачей предположил, что патологию могла запустить коронавирусная пневмония, она не прослушивалась стетоскопом, была видна лишь на рентгене.

«Из-за чего образовалась киста, никто сказать точно не может, — комментирует историю девочки руководитель клиники реабилитации, врач-невролог Ирина Волкова. — Раньше такие пациенты погибали: киста перекрывает часть мозга, сильвиев водопровод, откуда идет отток жидкости. Врачи, конечно, сделали всё возможное. Но очень много вмешательств на головном мозге — это травматично. Когда девочка только поступила к нам, она могла только моргать, спать. Вне контакта. Более полугода без движений, глотания не было, непонятно было, слышит она нас или нет».

У нас есть шесть органов чувств. И наша задача — разбудить у вегететатиков (пациентов в вегетативном состоянии) эти чувства. Это и болевая, температурная чувствительность, слух, обоняние — у нас для этого коллекция запахов, осязание, вкус — горькое, сладкое, соленое, капаем на язык, если нет глотания. Зрительные стимуляции, слуховые — всё это важно.

Ирина Геннадьевна рассуждает, что никому неизвестно, что может подтолкнуть, послужить толчком, чтобы пациент вернулся в сознание. Почему еще вчера было так, а сегодня мозг вдруг «включился».

«И почему некоторые так и не смогли из этого состояния выйти, не откликаются ни на что, никто не сможет точно сказать, — продолжает врач. — А Эвелина включилась. Я столько работаю, 39 лет стажа, и по моим наблюдениям, очень большой сдвиг идет, когда пациента вертикализируют (ставят в вертикальное положение, человек стоит с помощью специального устройства — вертикализатора).

И еще когда ставят из лежачего положения, переводят в сидячее. Кажется, всё просто. Но факторов много. Еще один фактор, кстати, — стимуляция языка, когда пациент начинает сам есть, глотать. Кормить очень сложно, нужно это делать аккуратно, чтобы пациент не подавился. Кормление также очень сильно будит сознание. Препараты, конечно, мы тоже даем. Но они не имеют решающее значение. Нет таких волшебных таблеток, которые вылечат».

По словам Ирины Волковой, самое важное — реабилитация, тотальная работа с органами чувств. Это и дало толчок, чтобы девочка включилась. Но восстановится ли она полностью, пока никто не может сказать.

«У меня в практике был мальчик, он был в таком же состоянии четыре месяца. Полностью восстановился, окончил университет. По моим наблюдениям, у Эвелины всё началось с улыбки. Я встретила их с мамой и папой на улице, они гуляли возле клиники. Я подошла, начала разговор с девочкой, она в ответ улыбнулась. Мама с папой мне: „Она вчера уже улыбалась“. Это очень важно, эмоции и осознанная улыбка. Ребенок всего третью неделю у нас, год точно нужно на восстановление, — рассказала Ирина Волкова. — История очень интересная с медицинской точки зрения, случай уникальный. Наша задача сейчас — закрепить результат, чтобы дальше восстановление пошло по нарастающей».

Мы рассказываем про пациентов, которых выхаживают врачи. Почитайте историю екатеринбургского школьника, который год провел в коме: его сбила машина на пешеходном переходе. Прочитайте также еще одну историю: 28-летняя девушка стала инвалидом после аварии, ее также сбили на пешеходном переходе, когда она шла на зеленый. Сначала врачи уверяли родных, что ей не поможет никакая реабилитация. Но ее поставили на ноги в Екатеринбурге.