«Часть моего мужа где-то мотается». На Урале вдова потребовала вернуть ей останки бойца СВО, которого уже похоронила

Жительница Арамиля четыре месяца назад похоронила своего мужа, погибшего на СВО. Но вдова уверена, что в могиле покоятся не все останки ее супруга. Перед тем как проводить бойца в последний путь, родные вскрыли цинковый гроб и провели ДНК-экспертизу.

Получив результаты генетического исследования, жена узнала, что в морге Ростова было две части тела ее мужа. Но на родину привезли только одну.

Юлия с Иваном были вместе семь лет. Он с раннего детства как родного воспитывал ее сына от предыдущих отношений. Работал мастером по ремонту техники и даже открыл свое дело.

Решение уйти на СВО он принял в марте 2024-го. Супруга отговаривала мужа, но он стоял на своем. В зоне спецоперации у него уже были друзья и брат.

«Я спорила, приводила всякие аргументы, что он может защищать нас и здесь. Всё было бесполезно. Взрослый человек решил», — рассказывает вдова военнослужащего.

Спустя несколько месяцев после отправки Иван попал в эфир федерального канала. Он как раз проходил переподготовку на полигоне в Нижегородской области, когда там снимали новостной сюжет. C экрана телевизора боец с позывным Ювелир рассказывал, почему он подписал военный контракт.

По контракту Иван служил до 29 октября 2024 года. В этот день он ушел на боевое задание и больше не выходил на связь с близкими. Жена начала искать его сразу, отправляя запросы в военкоматы, воинскую часть и госпитали, связывалась с его сослуживцами. Но Иван пропал без вести.

«В мае я приехала в часть, и мне просто выдали справку о смерти. На вопросы, что произошло, где он, никто отвечал. Мы искали дальше. А 27 июля девочка-волонтер из нашего города отправляет мне сообщение: „Юля, привет, там твоего мужа привезли, а до тебя не могут дозвониться“. Ни военкомат, ни часть — меня никто даже не известил, что моего супруга опознали и отправили в цинке», — рассказывает вдова военнослужащего.

Вместе с гробом жене передали военный билет и жетон мужа. А еще иконы, которых у него не было. Из-за всех несостыковок Юлия настояла на вскрытии гроба и проведении экспертизы ДНК. Оплачивать исследование ей пришлось за свой счет. Она потратила на него больше ста тысяч рублей.

«До этого ДНК-экспертиза не проводилась. Я спрашивала, как опознали моего мужа, мне сказали, что визуально. Но во время вскрытия гроба я осмотрела тело полностью. Оно было черное, даже без остатков кожи. Я человека знаю столько лет, но даже я его визуально не опознала», — говорит Юлия.

Материал для генетической экспертизы взяли у отца погибшего бойца. И у супруги Ивана был шок, когда результат пришел отрицательный.

«Я полтора месяца думала, что это не мой муж, то есть я к человеку ходить не могла, потому что ну как я пойду, у меня ДНК не совпало, — вспоминает Юлия. — Но по итогу мы сделали ДНК с мамой. И оно совпало. Мама упирается, что папа — точно отец Ивана, на 200 процентов. Но в этом я разбираться теперь даже не хочу».

Получив результаты экспертизы, Юлия узнала, что материал совпал с двумя частями тела бойца. Но в гробу ей привезли только одну.

«У них есть еще одни останки, а у меня их нет. Где они? Почему они не пришли, чтобы я могла целиком похоронить человека. Мне привезли только верхнюю часть. То есть еще одна часть моего мужа где-то мотается по России? Либо у кого-то захоронена?» — говорит вдова бойца.

Вернуть недостающие останки мужа Юлия требует через суд. Она подала исковое заявление. 22 декабря должно состояться первое заседание. В списке ответчиков — Главный государственный центр судебно-медицинской экспертизы.

Еще вдова требует взыскать с военкомата Свердловской области расходы на погребение. Юлия говорит, что спустя четыре с половиной месяца после похорон сумму ей так и не возместили. А с Министерства обороны — деньги, которые она потратила на генетические исследования и поездки в Ростов, где изучала результаты опознания мужа. В общей сложности чуть больше 150 тысяч рублей. И полмиллиона за моральные страдания, которые она пережила за эти месяцы.

«Существует процедура опознания, она прописана в законе. В данном случае она была нарушена. И поэтому в том числе супруга пошла делать экспертизу», — рассказал адвокат Юлии Станислав Медведев.

После выхода публикации представители Министерства обороны РФ связались с редакцией E1.RU. По данным представителей ведомства, деньги на погребение мужа вдова получила еще в октябре 2025 года. А экспертиза тела бойца была проведена без нарушений.

«Проведение независимой экспертизы (идентификации) погибшего, а также дополнительные затраты денежных средств, связанные с его розыском и погребением, являются исключительно личной инициативой его родственников, — сообщили в Минобороны. — В случае выявления других останков тела погибшего они будут переданы его родным».

На Урале мать бойца СВО потребовала вскрыть цинковый гроб, который ее заставляют захоронить. Женщина отказывается признавать, что в нем останки ее сына без результатов независимой ДНК-экспертизы.

Все новости о спецоперации мы собираем в специальном разделе.