Вырастить Липницкую: тренер по фигурному катанию — о том, как делают чемпионов в Екатеринбурге

Журналист портала E1.RU встретился с мастером спорта международного класса по фигурному катанию на коньках, судьёй высшей категории союза конькобежцев Артёмом Князевым. В своё время Артём был чемпионом Азии 2003 года и участником Олимпийских игр в Турине, а сейчас тренирует детей. Артём рассказал о том, как воспитать «Юлю Липницкую», как разглядеть в ребёнке талант, с какими трудностями сталкиваются частные и муниципальные детские школы при воспитании юных чемпионов и как могут родители помочь или, наоборот, помешать раскрытию таланта. Несмотря на впечатляющие успехи уральских фигуристов на международной арене, Артём пессимистично говорит о ситуации с детским спортом в Свердловской области. По его мнению, дети с 3 до 7 лет — в возрасте, когда должны быть заложены правильные базисы катания, — спортивному руководству, по сути, не нужны, так как муниципальные школы начинают заниматься с юными спортсменами только тогда, когда они начинают ходить в школу — с 7 лет. Случай с Юлей Липницкой, по мнению Артёма, больше уникальный, чем логично вытекающий из правильного воспитания. — В каком возрасте начинают тренироваться? — С 4 лет. Но я бы не сказал, что это профессионально. Потому что дети сюда приходят первоначально для здоровья, укрепить мышцы, по рекомендации врача. А потом уже, если нравится и получается, и родители одобряют то, что делает их ребёнок, то они принимают решение кататься дальше для достижения более высоких результатов. А уже после 7 лет они идут в обычную муниципальную школу, например, в «Локомотив» или «Юность». — У вас в школе есть такие дети, которых изначально приводят для достижения спортивных результатов? — Да, как правило, они «отваливаются» в первый год обучения. — Потому что это адский труд? — На это надо много времени и средств, терпения. Если посмотреть на наших выдающихся учеников, они очень много времени потратили на катке. — А фигурное катание травмоопасно по сравнению с другими видами спорта? — С грамотными педагогами — нет. С безграмотными — да. Травму можно чисто физически расценивать. А можно морально, и многие дети получают её. Есть специалисты, которые в таком ритме работают с детьми, что те превращаются в буквальном смысле в воздушный шар, когда перестают заниматься. — В муниципальных школах их тренируют иначе? — Более профессионально. Допустим, ученики нашей школы сейчас катаются у тренера Юлии Липницкой — Елены Левковец. — В чём принципиальная разница между этими школами? Индивидуальный подход за деньги? — Разница очень большая. Принципиальное отличие в том, что в муниципальных школах — группы по 30 человек, а в коммерческих — по 10–12. В муниципальных школах есть какие-то планы, устоявшийся коллектив, который держится друг за друга, работает на конкретный план, установленный Министерством спорта. И от плана они обычно не отходят. Когда ты достиг определённого уровня и тебе этого достаточно, то ничего не происходит — ты просто опускаешь руки. К сожалению, в Свердловской области в фигурном катании есть такая проблема: тренеры, которые работают сейчас, достигли своего потолка. — Поэтому спортсмены меняют тренеров? — Наша область — это некий «подносчик боевых снарядов» для школ в Москве и Санкт-Петербурге. У нас была школа Олимпийского резерва в «Юности», но её не стало, когда новый руководитель появился, примерно год назад. Она поменяла свой статус на меньший. — У частных школ есть господдержка? — Управление физической культуры и туризма помогает нам устраивать квалификационные соревнования, чтобы дети получали определённый разряд. Федерацию фигурного катания детский дошкольный спорт, увы, не интересует. Причин две. Первая — дети не входят в их ведомство, им меньше 7 лет. Вторая — недальновидность. Они считают, что работать надо с теми детьми, которые у них есть. Но если ребёнок за два года обучения не получил основные знания фигурного катания, то с ним можно ничего не делать и заканчивать работу. — Почему? — За три года он должен выучить весь «язык» фигурного катания. Если дети освоят скольжение и владение коньком, всё остальное приложится. Это касается и сложных прыжков. Если с 4 до 7 лет не вложить грамотные данные, ребёнок потерян для спорта. И сейчас, и в 20 лет он будет показывать одно и то же, без прогресса. Что такое фигурное катание? Это некая пошаговая дрессировка, в которой нужно выучить одно движение за другим. Но есть, допустим, ошибка, и мы её исправляем. Но если она есть — в самой экстремальной ситуации она проявится. Потому что в начале не было базы. Если вы выучили одинарный прыжок с грамотными поворотами, отрывом, положением рук, плеч и головы, то через год вы будете прыгать и двойной, и тройной прыжки. Сколько стоит стать Юлией Липницкой? — Есть ощущение, что после того, как Юлия Липницкая достигла невероятных результатов, пошёл вал народу в спортивные школы… — По моему мнению, это только разговоры. Потому что этот «вал» пришёл, оценил всю обстановку — сколько нужно потратить на это и чего нужно потратить, и отцепился сразу. — Влияет ли как-то экономическая ситуация в стране на интерес к спорту и количество детей в школах? — Нет, никак не влияет. На детях родители не экономят. — У меня дилетантский вопрос, но, наверное, правильный: сколько стоит стать «Юлией Липницкой»? Без учёта таланта. Все понимают, что талант — это 1% гения, остальное — терпение. Во что нужно вкладывать? — В своё время мы грубый подсчёт произвели. Все средства, которые потратил каток «Локомотив» за 10 лет, — вот это стоимость того, чтобы стать «Юлией Липницкой и Максимом Ковтуном». Это содержание всей школы за 10 лет (проверить эти цифры невозможно, так что оставляем версию Князева на усмотрение читателей. — Прим. ред). Самая большая расходная часть — это содержание льда. За счёт этого фигурное катание такое дорогое. В футбол вы и во дворе поиграть можете. — Можно ли, глядя на 7-летнего ребёнка, сказать, что это будущий член сборной России по фигурному катанию? — Нет, это невозможно. Можно, глядя на родителей, понять, будет ли ребёнок кататься дальше или нет, какой бы он ни был талантливый. У каждого родителя есть определённые амбиции, иногда они зашкаливают. Иногда есть разумные и понимающие, что они хотят получить от той секции, в которую ходят дети. В муниципальных школах в этом случае есть проблема. Заказчиком в них выступает правительство, которое хочет получить на выходе из школы детей определённого спортивного разряда. А родители со своей стороны тоже принимают какое-то решение, например, «докататься до первого юношеского разряда и бросить фигурное катание». А муниципалы за ребёнка платили... — Наверное, родитель сразу должен сделать выбор между профессиональным и непрофессиональным катанием для ребёнка, в тот момент, когда приводит своё дитя на лёд, или нужно сначала дать покататься и посмотреть, что получится? — В нашей школе граница развития — это третий юношеский разряд, а дети занимаются с 4 до 7 лет. Дальше вы сдаёте все тесты и экзамены и можете продолжить обучение в муниципальной школе бесплатно. Знают ли родители точно, чего хотят от своих детей заранее в школах фигурного катания? Нет, потому что они не фигуристы. — А почему у нас фигурное катание стало таким молодым? Та же Липницкая стала чемпионкой в 15 лет, а 21 — это преклонный возраст, по сути. — Согласен, это большая проблема, потому что нагрузка на ребёнка достаточно большая. У мирового фигурного катания есть определённая история развития, которая начинается с 19 века. И весь этот путь с 19 по 21 век ребёнок проходит, как Юлия Липницкая прошла, за 7 лет. Например, Алексей Урманов. Он стал олимпийским чемпионом в Лиллехаммере в 1994 году, ему было 20 лет. — Тот же Ковтун, например… — Или Ягудин. Он стал олимпийским чемпионом в 24 года в Солт-Лейк-Сити. Начал Ягудин кататься в 1984 году. То есть 20 лет Ягудин катался на коньках перед тем, как стать олимпийским чемпионом. Липницкая стала олимпийской чемпионкой в 15 лет, а начинала в те же 3 года. Получается, что резко сократился, примерно в половину, этот путь. — Меняются методики или она всё-таки самородок? Ведь в этом году её результаты упали. — Сложно сказать. Есть множество факторов влияния на ту или иную ситуацию: вплоть до того, становишься ты олимпийским чемпионом или не становишься. Элементарно: что ты на завтрак съел. Есть простой человеческий фактор. Юля — девочка. У девочек всегда существуют проблемы. Они могут быть на высоте, а в какой-то момент они могут с этой высоты упасть. Период созревания, ежемесячные моменты, это всё очень сильно влияет. «Чтобы воспитать олимпийского чемпиона, нужно убрать из процесса родителей» — Всё-таки хочется немного суммировать, разложить по полочкам: к чему надо быть готовым родителям, отдавая детей в фигурное катание, если они хотят добиться результатов? — Когда ребёнок получает третий юношеский разряд, он одновременно встаёт перед выбором: или продолжать занятия, или заканчивать. На этом этапе решают родители, что важно. Они внимательно должны посмотреть на ребёнка и понять: способен он или нет, нравятся ли ему тренировки. В Свердловской области есть большая проблема: дети школьного возраста, которые катаются здесь до 9 класса, — тренируются впустую. Родители должны это понимать тоже. — В чём же проблема? — Проблема в том, что ты катаешься 10 лет, тебе нравится, у тебя получается, но реализации никакой. Нет соревнований, грамот, признания. Все тренеры без труда могут научить кататься с 4 до 7 лет, а дальше возникают проблемы. К тому же, перед школой необходимо понимать, что фигурное катание — затратное по финансам мероприятие. — Бывает, что тренеры выбирают одного ученика и уделяют ему больше внимания? Потому что это, по сути, пиар для тренера — воспитать олимпийского чемпиона. — У молодых тренеров это возможно. — Я сейчас подумал: мама Юли Липницкой всю жизнь посвятила тому, чтобы дочь добилась успеха. Они даже переехали в Москву. Родители к этому должны быть готовы, что ради успехов ребёнка придётся менять образ жизни? — Я задумывался над этим, насколько способны люди на такой шаг. У каждого родителя есть какие-то свои конкретные интересы, и переступить через это достаточно сложно. И потом, кто матери у Евгения Плющенко, Юлии Липницкой — это одинокие женщины. — Наверное, да. Либо всю себя отдаёшь ребёнку, либо… — Моё мнение: для того чтобы воспитать спортсмена, надо делать как в Древней Греции — отдавать детей в лагерь и там воспитывать. Ты слушаешь тренера, и ничего тебе не мешает. Обучение должно включать в себя также умение разговаривать с людьми, другие языки. Это некая «Фабрика звёзд». Нужно исключить родителей из процесса обучения. Потому что ребёнок слушает прежде всего родителей, а негативные высказывания бьют по авторитету тренера. — Как будто передача прав на ребёнка вам от мамы и папы. — По сути — да. Это идеал — всех убрать от процесса. Тогда будет результат. Физические качества ребёнка, безусловно, приветствуются. Упорство, терпение, рвение. Но если родители неадекватны, то результата не будет.