"Порносайты - не самое страшное": где сидят дети в интернете и чего бояться родителям

Чем занимаются дети в каникулы? Помимо прочего, конечно, сидят в Интернете. Исследования российских экспертов показали, что родители больше всего тревожатся о здоровье детей, которые слишком много времени проводят у мониторов и в планшетах – мол, испортят зрение, осанку, будут плохо спать. Между тем о кибербуллинге, весьма реальной угрозе, которой подвержены российские подростки, знают лишь некоторые бдительные мамы и папы. О том, чего стоит бояться детям в интернете, какую информацию о себе нельзя выкладывать в соцсетях и как безобидные фото приводят к реальному шантажу, E1.RU рассказали эксперты по детской интернет-безопасности "Лаборатории Касперского" Константин Игнатьев и Мария Наместникова. – Когда мы смотрим на интересы детей, видим такую картину: почти три четверти – это средства интернет-коммуникаций, то есть соцсети, – говорит Константин Игнатьев. – Из года в год уже несколько лет. Они из соцсети не выходят. Для них "ВКонтакте" – это весь интернет. Всё остальное – это то, куда они переходят из той же соцсети или мессенджеров. Компьютерные игры на третьем месте, на втором – алкоголь, табак, наркотики. – Обычно, когда говорят о нежелательном контенте для детей, взрослые сразу вспоминают про порносайты… – В большинстве аудиторий взрослые на вопрос "что нельзя показывать детям в интернете?" отвечают "порно", – подтвердила Мария Наместникова. – Когда я говорю, что это не самое страшное, не все верят. Думают, что страшнее порно ничего не может быть. А между тем наркотические вещества через интернет найти очень легко. Родители об этом мало задумываются. В детстве я никогда не знала, где можно купить в моём городе наркотики. А сейчас доступ к этой информации есть у всех. – Кроме информации, где достать наркотики, какие ещё угрозы безопасности детей есть в сети? – Кибербуллинг – это травля в интернете. Регулярные издевательства. Травят в классе и продолжают делать это в сети. В Америке всерьёз изучают проблему, когда такой травлей доводят до суицида. Незнакомец, с которым ребёнок подружился в интернете, в реальности может оказаться знакомым из школы и будет продолжать троллить. Это психотравма для подростков. Многие не знают, как бороться: оправдываться, отвечать начинают. История развивается обычно в двух направлениях: либо жертву ещё больше травят, и всё становится хуже, либо тот, кого травили, постепенно начинает травить своих обидчиков. – А взрослые не в курсе, что происходит? – Обычно нет, – отвечает Константин Игнатьев. – И поэтому дети считают, что в сети они безнаказанны, что можно делать что угодно. Нет культуры общения – взрослые же не видят. В 80-е и 90-е травля была в основном в школе, но ребёнок уходил домой, и его не преследовали, спокойно мог играть с ребятами во дворе, которые не знали про травлю. А теперь в кармане мобильный, травля не прекращается никогда – ни вечером, ни ночью, ни в выходные. И нередко поводом для травли могут быть те же фотографии, которые необдуманно выставляют в соцсети или пересылают в переписке. – Фотографии эротического характера? – К примеру, два участника переписки присылают фотографии откровенного содержания. Вообще, когда просят фотографию эротического характера, это называется термином "секстинг". Это могут быть подростки, которые встречаются. Сегодня встречаются, а завтра могут поругаться. Могут сделать доступными эти фотки для всего класса, для их компании. И начинается кибербуллинг. Нас недавно вызывали в школу помочь разобраться в такой истории: девочка 8 (!) лет отправила мальчику своего класса видео с собой эротического содержания. У них нет времени думать, очень быстро созревают, сделать снимок, видео, нажать кнопочку и отправить – что может быть проще? Нет времени подумать совсем. – Нет стыдливости обнажить тело? – Интересно, какое у многих подростков, девочек, вообще отношение к обнаженному телу. Они не видят ничего страшного в том, чтобы фотографировать себя топлесс. Выкладывают фото у себя на странице в альбоме: "я молодая, красивая, пусть люди порадуются за меня, полюбуются моим совершенным телом". Когда начинаешь объяснять, что на них могут выйти люди взрослые в реальности, для них это шок. Дети не связывают поведение в онлайне с реальной жизнью. Сегодня фотографии, а завтра дяди возле школы подкараулят и изнасилуют. – Такие истории действительно происходят в реальности? Можете привести примеры? – Вот реальная история, произошла года полтора назад. Детям по 14–15 лет: девочка познакомилась в соцсети с молодым человеком лет 30. Они долго общались в сети, он знал все её интересы, о которых она писала. Они встретились в реале, он красиво ухаживал и склонил её к интимным отношениям. Во время секса снял несколько фото и видео. И в тот же вечер, когда она пришла домой, прислал ей эти снимки и пообещал, если она не будет оказывать ему секс-услуги, распространить этот контент среди её одноклассников в Сети. Терпела девочка недели две. Наконец рассказала родителям. Они не побоялись, написали заявление в полицию. Оказалось, у него были три или четыре такие девочки. Некоторые оказывали секс-услуги, некоторые приносили деньги. Так что он пользовался выходом на детей очень просто. Он даже под следствием продолжал ей угрожать. Семья скрывалась, переехала в другой город. Девочка удалилась полностью из соцсетей. Но у педофила сохранилось много её снимков, и он под её именем зарегистрировал аккаунт. И староста класса в новой школе решил, что это она, и добавил её в группу класса. Таким образом педофил опять её вычислил и опять начал ей угрожать. Ему дали срок, но довольно мягкий – 4 года, то есть через 2 с лишним года он выйдет на свободу. – Какова вообще вероятность того, что подросток может нарваться в соцсети на педофила? – В 2015 году в США было зарегистрировано 800 тысяч, это только те люди, о которых известно, а сколько ещё незарегистрированных, – рассказывает Мария Наместникова. – У нас такой статистики не ведётся. Но полагать, что в России сильно лучше, было бы слишком наивно. Многие думают, что их единицы, они где-то ходят, и никогда в жизни с ними не столкнёшься. Но задумайтесь: 90 процентов школьников, к примеру, в Москве, получают приглашения в соцсетях от незнакомцев, и половина эти приглашения принимает. И вроде бы все знают, что опасно "френдить" незнакомцев, но не могут объяснить, почему. Родители просто не готовы говорить с детьми о педофилах. – Чем больше информации о себе выкладывает человек, тем больше шансов у педофила завязать знакомство? – Слишком много личной информации – это называется овершеринг, опасно этим, но не только. И этим страдают и дети, и взрослые. Собрать информацию о человеке можно за пять минут – адрес, телефон, номер школы. Если раньше нужно было караулить, выслеживать, то теперь есть геотеги. И это ещё история про воров. Фото в сети: "Мой новый дорогой телефончик", "Вот мы всей семьёй на Бали". Информацию об интересах человека могут использовать, например, сектанты, чтобы лучше завязать контакт. – В реальном мире если сектант подойдёт к ребёнку, чтобы поговорить о боге, он, вероятнее всего, просто убежит, – поясняет Константин Игнатьев. – А в соцсети это будет как бы ровесник с похожими интересами, которые он "наовершерил". И постепенно этот новый друг начнёт склонять к своей точке зрения. Такие проекты работают месяцами одновременно с 15–20 детьми. И через полгода родители сталкиваются с тем, что ребёнок уже другой. Его выманивают на встречи, и он пропадает. – Какие-то новые угрозы, которых не было несколько лет назад, появились? – Довольно новая тема – вписки. Это тусовки на квартирах. Можно зарегистрироваться в группе, кто-то собирает всех на вписку. Ребёнок сообщает "Впишите меня", его присоединяют. И неизвестно, чем всё это дело кончится. Понятно, что это опасно и с чисто физической точки зрения. Плюс потом в группе выкладываются фото с вписки, где в любом виде может быть подросток запечатлён. Недавний опыт с поисковиками "Лиза Алерт": пять дней искали подростка. А он, оказывается, за эти пять дней побывал на трёх вписках, ходил по вечеринкам и "не просыхал". – Дайте основные рекомендации: чего нельзя делать в соцсетях? – Самое первое: ограничить круг людей, которые могут видеть информацию о вас, чтобы только друзьям были доступны ваши публикации, а друзьями становились только те, кого вы знаете в реальной жизни. Второе: не "френдить" людей, которых не знаете в реальной жизни. Третья рекомендация для детей: не вступать в различные сомнительные группы, там могут склонять к чему угодно – секты, вписки, самоубийства, наркотики. И не выкладывать слишком много информации о себе – ведь и в реальной жизни мы не рассказываем всем подряд, что у нас происходит, сколько мы зарабатываем и где у нас ключи от квартиры. Фото, тексты, описания себя – это всё персональная информация, делать её широкодоступной опасно. Нельзя давать адрес, телефон. И, кстати, если про адрес и телефон дети обычно знают, то номер школы считают такой общей информацией. Но через номер школы вполне реально выйти на ребёнка в жизни. Я считаю, не стоит сообщать номер школы. И никаких обнажённых фото. – Как родители могут контролировать поведение ребёнка в сети? И нужно ли? – Существуют технические решения, в том числе доступные и бесплатные, с помощью которых родители могут увидеть, на какие сайты ребёнок заходит, в какие группы вступает. Сейчас появилась возможность отслеживать даже геолокацию: если ребёнок выходит за безопасный периметр, к примеру, с территории школы, родители получают об этом сообщение. – Это не попахивает нарушением личных границ и гиперопекой? – Это не чтение личной переписки, во-первых. А, во-вторых, вопрос доверия. Если подобные решения родители устанавливают в момент, когда у ребёнка появляется первый гаджет с интернетом, то это вряд ли вызовет протест. Обычно телефон дарят в 6–8 лет, когда ребёнок идёт в школу, и если объяснить, что это просто забота о безопасности, то никаких противоречий в этом возрасте не возникнет.