«Мы никуда не поедем». Уникальный приют в Цыганском поселке оказался под угрозой закрытия

Сайт E1.RU в этом году отмечает 30-летие. В связи с юбилеем мы вспоминаем наших самых ярких героев и тех, с кем мы вместе создаем истории. Ольга Бахтина — директор екатеринбургского социального приюта «Дари добро» в юго-западном районе Екатеринбурга. Она помогает тем, кто оказался в трудной жизненной ситуации, а мы рассказываем о ее важной работе.

Среди постояльцев ее учреждения есть и бывшие бездомные, и домашние старики, которые доверчиво переписали на родню свои квартиры, в надежде, что те будут о них заботиться, а те сдали их в приют. Есть тут и жертвы мошенников — например, медик Денис Борисович лишился жилья после общения со лжеполицейскими. Сейчас само социальное учреждение столкнулось с большими проблемами, оно оказалось под угрозой закрытия. Вот что об этом говорит Ольга Бахтина:

— Нашему приюту в этом году исполняется 12 лет. Все эти годы мы были открыты для людей, которые попали в беду. Не всех я могла принять, потому что у нас 50 мест, но старались не отказывать. Давали хотя бы временный приют, а дальше уже действовали по ситуации, искали родственников, например. Мне звонят из приемных покоев больниц, контролеры в электричках: человеку некуда пойти, сейчас мороз, возьмите…

Условия проживания у нас такие — 75 % пенсии (хоть минимальной, хоть какой) идут в пользу приюта. Такие же условия в государственных учреждениях, но, в отличие от государственных и тем более коммерческих, мы единственный приют в городе, кто берет людей без документов, без пенсий или других доходов. Уже потом проходим обследования, восстанавливаем документы, оформляем пенсии, устанавливаем инвалидность — на это может уйти по году и больше. Представляете: десять человек без паспортов, кто-то неходячий, всё делаем поэтапно. Помогают и спонсоры, и обычные горожане: продуктами, одеждой, пожертвованиями. Осенью люди делятся с нами урожаем.

И вот спустя 12 лет мы оказались на грани закрытия. Проблема вот в чём. Дом мы арендуем у цыган, платим 110 тысяч в месяц и отдельно коммунальные услуги. На днях приехал хозяин и объявил, что арендная плата повышается до 150 тысяч, почти на 50 %. Либо можно выкупить дом за 35 миллионов — это при том, что частный сектор с Цыганским поселком в Юго-западном районе скоро пойдет под снос.

Платить такую аренду мы не сможем. У нас не коммерческий приют, а социальный. Повторю: часть людей, у кого нет пенсий, живут бесплатно, а дом требует вложений. В каких-то местах нужен капитальный ремонт — крыша вон над крыльцом сгнила, забор на соседний участок валится.

У меня два варианта. Первый — закрыть приют и уйти, подопечных раскидать по области, по госучреждениям. Так мне однажды предложили областные власти, когда я просила их помочь найти помещение. Хотелось ответить: вы приезжайте, посмотрите, что здесь за люди, сколько из них без документов и пенсий. В госучреждения без доходов не берут, да и чтобы попасть туда, нужно пройти медкомиссию почти как у космонавта. Конечно, может, тут возьмут по указке сверху: если столько людей окажутся на улице — будет скандал.

Рассказала обо всём своим. Они: мы никуда не поедем. Кто-то плакал, кто-то говорил: справимся, придумайте что-то, Ольга Юрьевна. Для них это дом, семья, столько лет тут живут. Я не могу их предать — их и так уже предавали. Много у меня домашних людей, которых сдали родственники, получив их квартиры через дарственные.

Закрыть-то можно махом, но это единственный приют, где примут без пенсии, без документов. Закроются эти двери — и куда пойдут люди, что их ждет?

Второй вариант — найти новый дом. Как это сделать, я точно не знаю. Хочу попросить совета у наших горожан. Может быть, смогут помочь меценаты или кто-то уральцев поможет сдать дом в Екатеринбурге или пригороде по приемлемой цене, может, даже с возможностью дальнейшей выкупа? Екатеринбург — самый добрый город, я знаю.

Прочитайте также наш репортаж о знакомстве с приютом в Цыганском поселке.

А вот проблемная колонка Ольги Бахтиной — о том, почему бездомных на улице становится больше, а престарелым беспомощным людям попасть в госучреждения нереально.