«Врач точно видит». Юрист — об ответственности уральских медиков, которые на ночь глядя выставили полковника из больницы

В Екатеринбурге полковника запаса на ночь глядя выписали из Центральной городской клинической больницы № 1. Пожилой мужчина подписал отказ от лечения и оказался на улице в одних тапочках. Родственникам не сообщили о выписке, а пенсионер сам не смог добраться до дома. Уже через час ему стало плохо и скорая привезла его из магазина в ту же клинику. К этому моменту мужчину нашел сын, и они решили, что не будут возвращаться в больницу, откуда его выписали в таком состоянии.

Сыновья уверены, что права отца-ветерана двух чеченских кампаний нарушены и его не должны были отпускать из медучреждения. Выписка была назначена на 30 ноября, но уже вечером 29-го он оказался на улице. В справке из больницы — множество непростых диагнозов. В больнице подчеркивают, что пациент сам добровольно отказался от лечения. Его родные пожаловались в различные инстанции, включая СК и прокуратуру. Эту историю мы подробно разбирали в отдельном тексте.

Медицинский юрист, врач-анестезиолог Вадим Каратаев считает, что пациента нельзя было отпускать из клиники даже под расписку и теперь ответственных за это сотрудников могут наказать за халатность. В тексте много специальных терминов, но без них в этом случае не обойтись.

Следует обратить внимание на перечень диагнозов на момент выписки. В двух соседних строчках указаны противоречивые сведения: «без застойной сердечной недостаточности» с достижением целевого уровня артериального давления и «застойная сердечная недостаточность. Хроническая сердечная недостаточность III функционального класса. Кардиогенный фиброз печени, паренхиматозная желтуха. Печеночная энцефалопатия 2 степени».

В первой же строке указано на перенесённый в 2010 году инфаркт миокарда (ПИКС — это постинфарктный кардиосклероз) по передне-боковой стенке левого желудочка и выполненное во время коронароангиографии (КАГ) стентирование одной из коронарных артерий, а именно передней нисходящей артерии (ПНА).

Принимает ли больной двойную антитромботическую терапию (ДАТТ) в связи с наличием у него коронарного стента, из представленной выписки неизвестно, но уже понятно, что перед нами пациент с перенесённым ранее инфарктом миокарда, застоем по большому кругу кровообращения и связанным с этим фиброзным поражением печени, при котором клетки печени замещаются не функционирующей соединительной тканью. Также имеются сведения о цереброваскулярной болезни, лейкоэнцефалопатии.

Таким образом, перед нами типичный кардиологический пациент с далеко зашедшими последствиями плохо пролеченной артериальной гипертензии и проявлениями застойной сердечной недостаточности. Проявления энцефалопатии в этом случае более чем логичны и ожидаемы.

По закону гражданин признаётся дееспособным, пока суд не признает обратное. Проще говоря, это презумпция дееспособности.

Поэтому формально больница права, говоря, что пациент якобы осознанно подписал добровольный информированный отказ от дальнейшей госпитализации.

Но в то же время это говорят профессионалы, точно знающие, что такое энцефалопатия и понимающие практическую «ценность» такой подписи под отказом от госпитализации, равно как и любой другой подписи такого субъекта — «казус Долиной».

Поскольку родственники написали заявление в том числе и в Следственный комитет, обратимся к базовым нормам уголовного права.

Вот что говорит часть 3 статьи 25 Уголовного кодекса:

«Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично».

Я много лет придерживаюсь точки зрения: то, что обычно называется у нас «неосторожностью», скорее является косвенным умыслом.

Хирургической патологии у пациента нет, кардиогенный фиброз печени вылечить невозможно, но проявления энцефалопатии-то врач точно видит, тем более внося информацию об этом состоянии в медицинскую документацию.

Часть первая статьи 293 УК РФ говорит, что халатность — неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, которое привело к ущербу либо нарушению прав и интересов граждан.

Имеется ли в нашем случае специальный субъект — то самое должностное лицо, без которого о халатности говорить нельзя? Верховный Суд не раз подчеркивал, что лицо признается должностным только при наличии полномочий на организационно-распорядительные функции, например, руководство коллективом, отличая их от профессиональных обязанностей.

Решение об отсутствии необходимости хирургического лечения само по себе правильно и должно быть принято лечащим врачом в рамках профессиональных обязанностей.

Но решение о выписке, то есть о прекращении правоотношений между медицинской организацией и пациентом — это уже управленческое решение, а значит лицо, уполномоченное принимать такие решения (заведующий отделением или дежурный врач), обладает признаками должностного лица и может нести ответственность по статье о халатности.

Нарушила ли эта выписка права пациента, предстоит выяснить органу предварительного расследования, но по крайней мере здесь есть повод для разбирательства.

Прочитайте интервью с юристом о медицинских делах и о том, как пациенту защитить свои права. А вот мнение другой стороны — юриста, защищающего врачей, о том, как судебные иски мешают медикам работать и как под удар попадают опытные специалисты.