«Глазик начал вылезать наружу». Двухлетняя девочка из Екатеринбурга столкнулась со смертельной болезнью

«Первая мысль была о том, за что ребенку такое горе в жизни…» — говорит Алексей Варыгин, отец двухлетней Лизы.

У маленькой екатеринбурженки Лизы рак головного мозга. Жизнь семьи буквально разделилась на до и после того, как впервые врачи озвучили этот страшный диагноз.

Сейчас родители девочки живут на два города: в Екатеринбурге отец присматривает за двумя старшими детьми и работает не покладая рук, чтобы оплачивать лечение, а мама вместе с Лизой улетела в Израиль, в надежде найти способ одолеть злокачественную опухоль. История девочки и ее семьи — в материале Елены Аносовой.

Лиза появилась на свет 5 июля 2023 года. С рождения на теле у девочки были большие пятна кофейного цвета. В норме их размер не превышает 4–5 сантиметров, за более крупными нужно наблюдение врачей.

Девочку дважды (в год и в два года) отправляли сдать необходимые анализы, но они не показали никаких отклонений. Летом 2025 года, через месяц после очередного медосмотра, родители заметили, что у Лизы появилось косоглазие на одном глазу.

«Резко у нее глазик начал вылезать наружу. Мы сначала обратились к офтальмологам, съездили в микрохирургию глаза, но там ответили, что это не их профиль, — рассказал E1.RU Алексей Варыгин. — Отправили на МРТ, которое показало, что у дочери между глазом и мозгом находится опухоль».

Точный диагноз установили 21 августа 2025 года, размер опухоли к этому дню достиг 12 миллиметров.

«Первая мысль была о том, за что такому маленькому ребенку это горе в жизни…» — признался Алексей Варыгин.

В начале сентября маленькая Лиза начала проходить свои первые курсы химиотерапии. Хирургическим путем удалить опухоль было невозможно — она находится слишком близко к глазу и мозгу.

Несмотря на лечение, девочке становилось хуже, левый глаз всё сильнее выпадал из орбиты, появилась сильная головная боль. Мама Аня просила провести дополнительные обследования, но следующее МРТ было запланировано только на начало марта 2026-го.

«Мне говорили, что это побочный эффект от химиотерапии. Мы с мужем не могли сидеть сложа руки и смотреть, как угасает наша девочка», — сказала E1.RU Анна Варыгина.

18 ноября Лиза закончила интенсивный курс из десяти недель химиотерапии. Тогда Алексей и Анна стали искать альтернативы и связались с родителями других онкобольных детей, которые проходили лечение в Израиле — те подсказали контакты медицинского центра «Ихилов».

1 декабря 2025 года Анна с Лизой прилетели в Израиль. В зарубежной клинике девочке сразу же сделали МРТ — опухоль, несмотря на пройденный курс химии, увеличилась до 17 миллиметров. Ребенку полностью сменили препараты.

«По истечении 15 недель интенсива в Израиле Лизе снова сделали МРТ, появилась динамика — опухоль уменьшилась на 4 миллиметра, глаз стал значительно меньше», — продолжила мама девочки.

Чтобы малышка полностью не потеряла зрение, ей выписали специальные очки. Лиза ежедневно занимается — ей нужно закрывать здоровый глаз и пробовать напрягать мыщцы ослабленного. Например, девочка старается ответить на вопросы, темно ей или светло, видит ли она какой-либо цвет или силуэт.

Лечение и жизнь в Израиле обходятся семье очень дорого. Со сбором средств помогли работодатели, чуть позже присоединились и благотворительные фонды.

Например, фонд «Наши дети» собрал для семьи 1,3 миллиона рублей. Деньги перечислили сразу на счет клиники.

«Открыли сбор, помогали близкие друзья, родственники, — сказал Алексей Варыгин. — Первый курс лечения мы практически закрыли своими деньгами, потратили где-то 80 тысяч долларов. Причем в больнице нас приняли сразу, когда счета еще не были закрыты».

Большие расходы идут на съемное жилье: аренда квартиры в Израиле стоит 5000 долларов в месяц, по текущему курсу это 377,5 тысячи рублей. Жить в самой клинике еще дороже — ночь в палате стоит 1000 долларов (или 75,5 тысячи рублей).

Утром у Лизы берут анализы, и, если по их результатам можно продолжать лечение, девочка идет на химиотерапию. После врачи осматривают ее и отпускают с мамой домой. Капельницы ставят раз в неделю.

В марте 2026-го Алексей Варыгин прилетел к жене и дочери в Израиль, когда в стране продолжались военные действия. Папа встретился с родными в бомбоубежище.

«Едешь на машине, сирены завоют — все прячутся. Пережидаем до отбоя тревоги и дальше едем в больницу, — поделился впечатлениями Алексей. — Если тревогу объявят во время лечения, капельницы переносят в убежище. Моя первая встреча с дочкой была, как раз когда они в убежище сидели».

Сейчас девочке назначили еще один курс химиотерапии, идет пятая из двенадцати недель. Организму тяжело, но Лиза и ее родители не сдаются. По прогнозу онколога, всё лечение может затянуться до начала 2027 года.

«Иммунитет с каждой химией всё слабей и слабей, организм не успевает восстановиться. Потом снова МРТ и следующий этап, — объяснила мама девочки. — Ее тошнит, беспокоит животик, аппетит плохой, спит тоже прерывисто. Сейчас хоть тихо в плане политики, был период, когда не ели и не спали, но всё прошло. Сильно поддержал нас папа, когда прилетел к нам в самый пик военных действий, Лиза очень оживилась».

Ранее мы рассказывали историю еще одной малышки из Екатеринбурга, которая борется с тяжелой формой рака под обстрелами ракет.

Прочитайте также объяснение уральского врача о том, у каких детей наибольший риск развития рака.