Частные дома больше не нужны? Почему их место в Екатеринбурге стали занимать жилые высотки

Частный сектор в Екатеринбурге постепенно исчезает, уступая место многоквартирным домам. На Дне недвижимости, организованном УПН (Уральская палата недвижимости), начальник «Мастерской генплана» Павел Скачков объяснил, почему так происходит и как Екатеринбург будет развиваться дальше.

«У города есть основная цель — обслуживание населения. Это не предоставление каких-то привилегий, а как минимум обеспечение потребностей всех жителей — обеспечить объектами здравоохранения, образования, культуры, спорта, социальной политики. Естественно, чтобы до каждого дома была протянута дорога, были подведены все необходимые жизненные коммуникации. И на сегодня, особенно в текущих экономических реалиях, наиболее эффективным методом по застройке городской среды является всё-таки многоквартирная жилая застройка», — ответил Павел Скачков.

По его словам, доля екатеринбуржцев, живущих в частном секторе, в том числе в коттеджных поселках, слишком мала, чтобы сдвигать баланс на её обслуживание.

«Говорить про ИЖС как про полноценный формат жилья, где будут построены школы, садики, объекты здравоохранения — наверное, абсурд. Ни один город-миллионник до такого уровня бюджетного финансирования с учётом разумного распределения финансов не дорос», — подчеркнул Павел Скачков.

Начальник «Мастерской генплана» отметил, что они ведут учет регистраций граждан — временных и постоянных. И, по этим данным, у многих уже есть и жилье в городе, и дома-дачи за городом. Общая же доля частного сектора в МО «Город Екатеринбург» (не только в самом городе) — всего 3%.

«Для понимания, это 114 000 гектаров для понимания, 4% населения живёт в индивидуальных жилых домах. Формировать приоритетное размещение социальной инфраструктуры для четырёх процентов — это, к сожалению, необъективно», — добавил глава «Мастерской генплана».

Он также напомнил, что Екатеринбург исторически формировался как объединение нескольких посёлков и мини-городов, каждый из которых изначально развивался многоэтажной застройкой.

«Отдельно были завод ВИЗ, отдельно Уктус, Елизавет, Уралмаш, центральная часть города. И каждый из этих посёлков изначально развивался как индивидуальный жилой, но когда развивалось производство и был кадровый спрос, разрасталась уже многоквартирная жилая застройка. К моменту сращения всех этих образований это уже были полноценные районы города Екатеринбурга, какими мы сейчас их видим».

Основной пример массовой застройки многоквартирниками — Уралмаш. В годы Великой Отечественной войны на заводах здесь работали десятки тысяч человек и разместить всех их в частных домах уже было нереально. Как стал застраиваться микрорайон в то время, мы рассказывали в нашем материале.

Во время обсуждения эксперту привели в пример города, где доля ИЖС значительно выше. Он объяснил, откуда взялся такой разрыв.

«Если посмотреть на Тюмень, то это были больше поселкового типа образования, которые между собой сформировали единый крупный город. Понятно, что в центральной части он уже застроен как многоквартирный, а на периферии больше индивидуальной жилой застройки, там этой типологии жилья исторически больше. Точно так же в Краснодаре, например.

Есть определённые города с историей, которая позволяла им развиваться так, имея при этом еще и территориальный ресурс. Если посмотреть на Екатеринбург, всё, что у нас на текущий момент не застроено, это либо небольшой резерв на бывших агрохозяйствах, либо земли лесного фонда. То есть 53 тысячи гектаров из 114 тысяч, которые я обозначил, — это леса и водные объекты, на которые мы вообще никогда заходить [со стройкой] не собираемся, потому что менять характеристики природного ресурса — это кощунство», — подчеркнул Павел Скачков.

Ранее в мэрии отвечали на вопросы о том, будут ли по программе реновации сносить частные дома и хрущевки.