Документов нет, а людей уже перекраивают. Врачи — о большой реформе больниц в Свердловской области

В Свердловской области стартовала масштабная реформа здравоохранения. Маленькие районные больницы присоединяют к крупным межмуниципальным центрам, создают единые диспетчерские службы, меняют юридические статусы учреждений. Власти обещают: это повысит доступность помощи, сэкономит бюджеты и улучшит качество лечения. Но медики, которые будут реализовывать эти изменения на местах, высказывают сомнения.

Медицинский обозреватель Е1.RU Ксения Маринина изучила опыт других регионов, где реформы уже прошли, и поговорила с врачами и руководителями больниц Свердловской области — теми, кто знает систему изнутри. Их мнения — от осторожного оптимизма до открытой критики — мы собрали в этом материале.

Реформа здравоохранения через объединение учреждений не уникальное изобретение уральских властей. Подобные процессы идут по всей России, и Свердловская область активно изучает чужой опыт.

Издание Vademecum в 2022 году сообщало, что в Курганской области реорганизуют сеть районных больниц. Власти решили передать некоторые учреждения под управление новых структур: восьми межрайонных больниц, а также присоединить ряд медорганизаций к уже существующим. Причина — печальная ситуация с обеспеченностью медицинскими кадрами. Реформа должна была повысить качество и доступность медпомощи, а также сократить расходную часть, в том числе на содержание административно-хозяйственного персонала», сообщали в депздраве региона в 2022 году.

Издание также сообщало, что в Башкирии проходили подобные реформы, и там жители создали петиции против решения властей республики о слиянии районных больниц.

Эксперты Высшей школы организации и управления здравоохранением в 2021 году сообщали, что в Челябинской области с 2015 по 2020 год количество больничных учреждений сократилось на 22,6%, со 119 до 92. Поликлиник стало меньше почти на 40%, но выросло число фельдшерско-акушерских пунктов, в том числе передвижных. Челябинская область пережила реформу в доковидное время, и проходила она тяжело. Против оптимизации, которую в 2014–2019 годах проводили бывший губернатор Борис Дубровский и глава Минздрава Сергей Кремлев, а затем Сергей Приколотин, активно выступали и медики, и простые жители.

Одновременно с нами подошла к оптимизации Нижегородская область. Так, в ноябре 2025 года издание «Коммерсантъ» сообщило, что правительство региона намерено объединить 50 центральных районных больниц в 18 медицинских кластеров. Губернатор Глеб Никитин объяснил, что одна из целей объединения больниц — это распределение нагрузки на специалистов, особенно узкого профиля. Глава региона полагал, что таким образом можно закрыть дефицит специалистов.

«Волга Ньюс» в конце 2025 года сообщила, что в Самарской области планируется провести реорганизацию к маю-июню 2026 года, там объединят 14 больниц. Цели у этого изменения идентичны тем, что были у других регионов.

Внимание стоит уделить Оренбургской области, где почти шесть лет отработал нынешний свердловский губернатор Денис Паслер с частью своей команды (в том числе вице-губернатор, глава Минздрава Татьяна Савинова). Там тоже прошла медицинская реформа.

Общих отчетов о том, сколько было больниц до укрупнения и объединения и сколько стало после, не опубликовано. Не представлены в открытом доступе и другие показатели эффективности, например очередь к узким специалистам. Известно, что реформа проводилась поэтапно с 2021 по 2025 год. На основе открытых источников можно сделать вывод, что в Оренбургской области за это время не менее 15–20 больничных организаций были объединены в 6–7 межмуниципальных структур.

Сетевое издание «56 медиа» рассмотрело, как изменилось число врачей и медсестер после реорганизации в одном медучреждении — Восточной территориальной межрайонной больнице. По данным СМИ, до реорганизации в трех больницах Ясного, Домбаровки и Светлого работали суммарно 96 врачей и 394 медицинских работника среднего и младшего звена. После реорганизации за три года штат сократился до 81 и 301 соответственно. В Минздраве изданию ответили, что это не отразилось на качестве обслуживания: пациентов стало меньше, поэтому и медиков нужно меньше. Подобной статистики по остальным больницам в свободном доступе нет.

В оренбургских СМИ писали, что пациенты в основном жаловались на результаты реорганизации — им стало труднее добираться до медучреждений, так как расстояние до узких врачей и оперативной помощи увеличилось. Например, вместо своей центральной районной больницы людям теперь нужно ездить в соседний город. Жаловались также на отток кадров в отдельных медучреждениях. В то же время как положительный момент жители отметили покупку нового оборудования и ремонт в ряде больниц.

Опыт Оренбургской области показывает, что укрупнение больниц — процесс неоднозначный. С одной стороны, происходит модернизация инфраструктуры, централизация ресурсов, внедрение новых технологий. С другой — рост расстояний для пациентов, кадровый отток, незавершенность реформ после смены руководства (в апреле 2025 года Татьяна Савинова стала министром здравоохранения Свердловской области). Ключевой вопрос для нашего региона: удастся ли избежать тех же ошибок, учтя географические особенности и реальные потребности людей?

Пока известно лишь о части медучреждений, которых коснется реорганизация.

1. «Центральная городская клиническая больница № 3 города Екатеринбурга», «Алапаевская ЦРБ» и «Махневская РБ» присоединятся друг к другу. В результате будет создано новое учреждение — «Свердловская областная клиническая больница № 3».

2. К «Свердловской областной клинической психиатрической больнице» (СОКПБ) присоединятся «Психиатрическая больница № 3», «Психиатрическая больница № 6» и «Психиатрическая больница № 7». В результате останется одно юридическое лицо — «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница», а остальные станут ее филиалами.

3. «Свердловская областная клиническая больница № 1» и «Ивдельская ЦРБ» объединятся: Ивдельская больница станет филиалом СОКБ № 1, головное учреждение сохранит название «Свердловская областная клиническая больница № 1».

4. В Нижнем Тагиле «Городская поликлиника № 4», «Городская поликлиника № 3» и «Горноуральская районная поликлиника» присоединятся друг к другу. В результате будет создана единая «Нижнетагильская областная поликлиника».

5. Также в Нижнем Тагиле объединятся «Городская больница № 4», «Городская больница № 1» и «Санаторий „Руш“». В результате появится новое учреждение — «Нижнетагильская областная больница».

6. «Станция скорой медицинской помощи города Асбеста» и «Городская станция скорой медицинской помощи города Каменска-Уральского» сольются. В результате будет создана «Южная окружная станция скорой медицинской помощи».

7. «Ревдинская станция скорой медицинской помощи» и «Станция скорой медицинской помощи города Первоуральска» также объединятся. В результате появится «Западная окружная станция скорой медицинской помощи».

Мы поговорили с несколькими экспертами — действующими и бывшими руководителями медицинских учреждений, сотрудниками экстренных служб, профсоюзными лидерами. Вот какие мнения и опасения они выразили.

Один из руководителей центральных районных больниц сразу обозначает главную проблему: реорганизация уже идет, но приказов, положений, дорожных карт у тех, кто должен это исполнять, на руках нет.

«Очень удобная позиция — давать лишь устные приказы, а по факту присоединения и укрупнения уже идут. Нет документов, где всё было бы расписано, чтобы мы четко могли идти по плану. А что потом пойдет не так — в Минздраве скажут, что это было личное решение руководителя, недопонимание или еще что-то. Это нас очень беспокоит», — поделился медик-управленец.

Собеседники E1.RU отмечают: зачастую медучреждения, которые планируют объединить, находятся на разном уровне оказания медпомощи. В более крупных больницах всё централизовано, а в маленьких районных, например, люди до сих пор стоят в очереди за талонами на кровь. Неясно, кто, на какие средства, в какие сроки и по какому плану будет приводить в соответствие медпомощь в маленьких присоединенных больницах.

«Помимо организационных сложностей, при смене юридического названия больницы медики могут потерять льготы, привязанные к статусу „районной“ или „участковой“ больницы. Также за работу в сельской местности и поселках городского типа один год стажа идет за год и три месяца — как это сохранится, если больница будет относиться к городской или областной? А президентских выплат 50 тысяч — для врачей и 30 — для медсестер за работу на селе они тоже лишатся?» — задается вопросами работник профсоюза.

В Минздраве Свердловской области заявляют, что благодаря присоединению и объединению больниц очереди к узким специалистам сократятся — но неясно, за счет чего. Количество узких специалистов останется точно таким же на еще большее количество населения.

«Для пациентов из глубинки это однозначно плюс — когда они станут частью крупной больницы, им будут оказывать помощь так же, как и жителям города, в котором расположено медучреждение. Раньше ФАПам и маленьким больничкам выделяли талоны к узким специалистам по остаточному принципу. Это была допнагрузка, а сейчас это такие же пациенты, как и все остальные. Вот только врачей и у нас такое же количество и очередь после этих изменений вряд ли станет меньше», — поделился мнением один из руководителей свердловских больниц.

Наш собеседник заметил, что эта проблема может решиться только в том случае, если действующие врачи будут брать на себя больше нагрузки: но им за это нужно достойно платить, и хорошо, если руководитель это понимает и учитывает.

«Максимум, сколько у нас может принять за день узкий специалист, — 22 пациента, а по нормативу это вообще 16 пациентов. К узким врачам приходят со сложными случаями, нужно время, чтобы разобраться в проблеме и понять, как помочь. Они и так еле выползают после дня приема. Как им добавлять еще нагрузку — я не представляю. Каким образом очередь должна чудесно сократиться с 60 дней до 14 — мне неясно», — возмутился один из медиков-управленцев.

Ранее Минздрав заявил, что «перезагрузит» все поликлиники и сократит очереди к узким специалистам до конца 2026 года. Об этом и говорит наш источник.

Власти анонсировали реорганизацию больниц в том числе для того, чтобы сэкономить на административном блоке — сократить сотрудников и перераспределить эти средства. Но управленцы и медики на местах сомневаются, что это реально поможет. Главный врач одной из региональных больниц допускает: при слиянии можно сократить дублирующие функции — бухгалтерию, кадры.

«Да, можно одну бухгалтерию на две больницы оставить. Но, чтобы система продолжала работать, всё равно придется вводить людей, только называть их по-другому. Главный врач один на две больницы — экономия на зарплате. Но заместители в филиалах тоже будут претендовать на надбавки. По факту экономии не будет», — заметил руководитель.

Руководитель одной из сельских больниц добавляет: при объединении нельзя игнорировать логистику. Если между головной больницей и филиалом 200 километров, а автобусы ходят раз в день, пациенты просто не смогут попасть на прием.

«При объединении нужно учитывать расстояния, доступность, нужно говорить с руководителями больниц, с коллективами — и прислушиваться к ним. Главное, чтобы не дооптимизировались до того, что до помощи оперативно будет не добраться. Иначе зачем человеку талон к узкому специалисту, если ему к 13 часам, а автобус доедет только к 15?» — заметил врач.

Медики переживают за пожилых пациентов, потому что для них каждый лишний километр до больницы — это испытание. Собеседники E1.RU настаивают, что это тоже нужно учесть и не гонять людей по 50 километров до больницы, а командировать врачей на места. Тут возникает следующая проблема: на командировки нужны деньги, то есть фонд оплаты труда увеличится, а еще не каждый врач согласится поехать.

«Есть такие катастрофы — например, инсульты, инфаркты и многие другие заболевания, с которыми человека нужно доставить до операционного стола или в стационар максимально быстро, в течение часа от начала симптомов, зачастую еще быстрее. А когда в районной больнице закрывают хирургию и реанимацию, каков шанс, что человек вообще доедет до этой большой больницы с врачами и оборудованием? Ну ответ же очевиден», — выразил недовольство опытный врач-управленец.

Одна из главных задач присоединения — чтобы большие и устойчивые больницы, которые работают без кредиторских задолженностей, тянули за собой маленькие и закрывали их долги.

Простых горожан это может удивить, но у больниц есть планы на пациентов, и каждое учреждение должно как минимум покрывать все свои расходы, а как максимум — зарабатывать. У любой клиники есть государственное задание, перед каждым отделением ставятся задачи по количеству пациентов, которых они должны принять, — даже перед неотложной помощью, где, казалось бы, спрогнозировать число больных практически невозможно.

«Раньше больницам выделяли средства каждый год, чтобы закрывать кредиторские задолженности, потому что понимали, что медицина — это не бизнес, и невозможно мерить всё только деньгами: сколько больница заработала, сколько потратила на зарплаты и расходники. Но теперь нам объявили, что больницы на самообеспечении и сами должны зарабатывать на все свои траты», — рассказал руководитель одной из свердловских больниц.

Зарабатывают больницы в основном за счет выплат из Территориального фонда обязательного медицинского страхования. ТФОМС платит за медуслуги, которые оказаны пациентам, — условно за то, что Марья Ивановна сходила на прием к терапевту, ей сделали прививку, а еще провели операцию.

«Есть медпомощь, за которую больница получает мало денег. В основном это вся поликлиничная помощь — как раз то, что делают в маленьких больницах. На приемах врачей медучреждению не заработать на выплату зарплат и покрытие всех расходов. А вот операции, например, уже дороже, как и вообще вся высокотехнологичная помощь. Но районная больница не может менять суставы, соответственно, и зарабатывать особо не может. Тогда она становится убыточной. Я считаю, что эти расходы должны брать государство и область — и не лишать людей близкой к дому помощи из-за того, что больница не зарабатывает», — сказал один из руководителей.

Главные врачи в разговоре с E1.RU объяснили, что при присоединении убыточных больниц нужно придумать, как укрупненному учреждению заработать еще больше, — чтобы покрыть и свои траты, и траты новых «дочек».

Управленцы в сфере здравоохранения отметили, что не все реформы — это зло. Например, в некоторых больницах появились фельдшеры-онкологи, и это реально ускорило путь пациента до врача и прохождение обследований. Фельдшер, конечно, не лечит пациентов с раком. Как только он замечает какие-то отклонения в анализах, назначает пациенту ряд обследований, советуясь с наставником-онкологом. Пациент проходит все исследования в ближайшие три-четыре дня и уже через неделю со всеми результатами попадает к профильному врачу. Чтобы назначить обследования по симптомам, не нужно образование онколога, фельдшеры работают по клиническим рекомендациям.

Главный врач одной из региональных больниц уверен: для жителей малых территорий объединение — реальное благо. Раньше, чтобы попасть к узкому специалисту или сделать КТ, нужно было ждать неделями. Теперь, когда все учреждения — это одно юрлицо, квоты и талоны распределяются централизованно.

Мы запросили комментарий у руководства одного из ключевых участников объединения — ЦГКБ № 3. Главный врач Антон Старков уже начал объединение коллективов и медподразделений. Приводим его комментарий в полном виде:

— Главная цель современного здравоохранения — не просто лечение болезней, а системное улучшение демографических показателей и увеличение средней продолжительности жизни уральцев. Добиться этого можно только через радикальное повышение доступности и качества медицинской помощи.

Мы создаем единую, «бесшовную» систему, где качественная медицинская помощь станет одинаково доступной и в мегаполисе, и в отдаленных территориях. Но, чтобы эта система работала как часы, нам предстоит серьезная внутренняя работа.

Во время интеграции мы выстроим четкое внутрикорпоративное взаимодействие между всеми подразделениями и наладим эффективные внешние связи с другими медицинскими учреждениями региона. Особое внимание уделим кадрам. Внедрим систему непрерывного обучения: это не только формат «равный — равному», когда коллеги делятся опытом друг с другом, но и повышение компетенций наших сотрудников на базе ведущих федеральных образовательных центров.

Главный плюс для людей — это взаимный обмен технологиями. Объединение откроет жителям Алапаевского района доступ к уникальным методикам ЦГКБ № 3, а наши екатеринбургские пациенты смогут пользоваться медицинскими наработками алапаевских коллег. Это сделает медицину по-настоящему качественной и современной для каждого.

Мы планируем ликвидировать задолженность через внедрение современных технологий, увеличение доступности, увеличение объемов оказания медицинской помощи. Ключевой точкой роста станет Алапаевская городская больница. На ее базе мы планируем сделать доступной высокотехнологичную медицинскую помощь (ВМП). В наших планах — строительство современного, высокотехнологичного приемного отделения, которое станет «сердцем» экстренной медицины района.

Мы существенно увеличим доступность не только дорогостоящего оборудования для ВМП, но и базовой, жизненно важной диагностики: рентгенологических и ультразвуковых исследований. Расширение спектра услуг и рост объемов помощи позволят больницам выйти на стабильное финансирование.

Наша стратегия проста: через модернизацию, настройку процессов и высокие технологии мы приходим к финансовой устойчивости, обеспечивая при этом комфорт и безопасность каждого пациента. Реорганизация направлена на создание единого медицинского пространства, где статус Областной клинической больницы № 3 гарантирует соблюдение высоких федеральных стандартов лечения для всего прикрепленного населения.

Также 3 марта мы направили официальный запрос в Свердловский Минздрав. Ответ опубликуем, когда получим его.

Подводя черту, эксперты повторяют: без документов и четкого механизма делать выводы рано. Они надеются, что реформа не ухудшит положения ни пациентов, ни медиков, но для этого нужен диалог, а не диктат.

«Нам нужно, чтобы в Минздраве нас слышали и слушали. А еще для объединенных больниц нужны будут грамотные управленцы, которые смогут сократить кредиторскую задолженность маленьких больниц, не ухудшая при этом качество медпомощи и не растеряв по пути коллектив медиков. Но пока есть ощущение, что о наших потребностях слышать не хотят».

В Свердловской области идет масштабная реформа здравоохранения: укрупняются больницы, реорганизуется служба скорой помощи — создается единая диспетчерская. В кулуарах медики обсуждали еще более радикальную идею — объединение территориального центра медицины катастроф и скорой помощи в одно юридическое лицо. Врачи рассказывали, почему это грозит разрушить уникальную систему экстренной помощи в регионе. Позже в Минздраве заявили, что объединять службы в нашем регионе не будут.

Реформа скорой помощи в Свердловской области также вызывает серьезные опасения у медиков, мы делились их позицией в этом материале.