На Урале суд сломал приговор хирургу, которого обвинили в смерти пациентки. Всё благодаря важному видео

Седьмой кассационный суд общей юрисдикции отменил решение судов предыдущих инстанций по громкому уголовному делу о смерти пациентки в больнице Нижнего Тагила, где 35-летняя женщина умерла после операции. Дело хирурга Михаила Шалагина, которого обвинили в трагедии, направили на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Сегодня защита впервые рассказала, почему, по ее мнению, врач не виновен.

Мы подробно рассказывали о той трагической истории. Несчастный случай произошел еще в декабре 2022 года. Заведующему эндоскопическим отделением Демидовской больницы Михаилу Шалагину предъявили обвинение по ч. 2 ст. 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей».

Расследованием занимался пятый отдел по особо важным делам Следственного комитета по Свердловской области, который занимается делами по факту врачебных ошибок.

По версии следствия, Светлана погибла от кровотечения, потому что хирург, проводивший операцию, повредил желчный проток. Это запустило цепочку осложнений: на месте повреждения образовалась флегмона, далее развился перитонит. Затем было проведено еще две операции, но Светлану не спасли.

Судмедэкспертиза по уголовному делу проводилась в бюро при Следственном комитете. Она установила прямую причинно-следственную связь между действиями врача и смертью пациентки. Юрист Юлия Липинская настаивала на полном отстранении хирурга от работы, ссылаясь на повышенную общественную опасность преступления, совершенного в отношении Светланы. Муж погибшей сейчас один воспитывает двоих детей.

Суд вынес хирургу обвинительный приговор — два года ограничения свободы. От наказания врача освободили, истек срок давности привлечения к уголовной ответственности по этой статье. Апелляция оставила без изменений решение нижнетагильского суда. Однако врач настаивал на своей невиновности. Поэтому была подана кассационная жалоба.

И вот на днях Седьмой кассационный суд, который находится в Челябинске, сломал эти решения и направил уголовное дело на новое рассмотрение. Сейчас впервые адвокат Михаила Шалагина высказал позицию публично. Он рассказал, почему дело вернули на новое рассмотрение и почему, по его мнению, хирург невиновен:

— Дело направлено на новое рассмотрение в связи с существенными нарушениями действующего законодательства, — объясняет адвокат хирурга Илья Кожевников. — Эти нарушения и так были очевидны. Это прежде всего нарушение права на защиту. Так, нами, стороной защиты, были добыты объективные доказательства невиновности врача. В частности, видеофиксация вскрытия трупа, которую суд первой инстанции проигнорировал. На этой записи отсутствует перфоративное отверстие, которое якобы причинил Михаил Шалагин, отсутствуют признаки истечения желчи из этого отверстия. Патологоанатом на этой видеозаписи детально исследует место перфорации и не находит (повреждения. — Прим. ред.).

Мы публиковали ранее позицию защиты потерпевшей. По ее мнению, пациентке была проведена «не та операция». Изначально Светлана обратилась за стентированием желчного протока, это операция, когда в орган устанавливают специальный каркас, который расширяет его стенки.

Перед этим врачи решили проверить, не попадает ли желчь в брюшную полость пациентки. Вместо одной операции провели другую, рассечение — эндоскопическую ретроградную панкреатохолангиографию (ЭРХПГ), совмещенную с папиллосфинктеротомией (ЭПСТ), — такие вмешательства проводят, чтобы устранить механические препятствия в общем желчном протоке: камень, опухоль или рубцовую деформацию.

Но данная операция, по словам юриста Юлии Липинской, представляющей интересы родных пациентки, была ей противопоказана из-за плохой свертываемости крови.

Адвокат врача уверяет, что операция была проведена по показаниям, она была жизненно необходима пациентке. Иначе бы та скончалась от механической желтухи.

— Пациентка обратилась с определенными жалобами на механическую желтуху. И была назначена именно эта операция, — говорит Илья Кожевников. — Операция была проведена по медицинским показаниям. Альтернативы не было. Никаких данных про противопоказания, плохую свертываемость крови, в медицинской документации нет. Острое патологическое состояние было снято, разрешено. Эта плановая операция, абсолютно простая, была успешно проведена в течение 15 минут. И Шалагин за всю свою сорокалетнюю практику провел сотни таких операций.

— В чем тогда причина смерти пациентки?

— Мы не можем никого обвинять. Лишь констатируем, что произошло далее. После той первой операции у пациентки начались боли. Это прогнозируемое осложнение. Хирург, коллега Шалагина, предположил, что во время предыдущей операции произошла перфорация. Провел ей полостную операцию, лапаротомию. Данных о перфорации при проведении лапаротомии нет.

Вероятно, такое вмешательство (полостная операция) также оказало негативное влияние на состояние пациента. Смерть наступила от развившегося кровотечения как осложнения перенесенной операции.

Михаил Шалагин работал в Демидовской больнице 43 года, оперировать начал в 1985 году. На последнем слове в суде он высказался, что «его профессиональная честь серьезно задета».

«У меня в роду четыре поколения врачей, 25 человек, среди них семь заведующих, три доктора наук, один Герой Советского Союза, летчик-космонавт, а также профессор медицинских наук, — говорил Михаил Шалагин в суде. — Мои дети тоже работают врачами».

Когда шли судебные разбирательства, более 70 медиков и пациентов из Нижнего Тагила подписали обращение в поддержку хирурга. На время предварительного следствия и судов его отстранили от работы. Однако прокуратура выступила против приобщения письма от врачей, потому что оно не было заверено, отсутствовала печать медицинского учреждения.

— Единственное в Нижнем Тагиле отделение эндоскопии, которым заведовал Шалагин, сейчас закрыто, — рассказал адвокат. — В отделении работали пять специалистов высшей категории. В год делали до полутора тысяч операций. После этой ситуации от операций на время суда и следствия оказались отстранены пять оперирующих тагильских врачей.

Мы попросили комментарий у Минздрава Свердловской области по поводу закрытия отделения эндоскопии. Сейчас уголовное дело направлено на новое рассмотрение.

— И мы в полном объеме будем эти доказательства предоставлять, передопрашивать всех, кто участвовал в деле, с предоставлением видеозаписи, поскольку на этапе предварительного следствия она не была обнаружена, — поясняет Илья Кожевников. — Если бы она была, вопросов бы не было. Также судебно-медицинские эксперты, которые проводили экспертизу, не видели эту видеозапись и руководствовались только медицинской документацией.

Всё об этой ситуации мы публикуем здесь.

Обновлено:

30 июня кассационный суд опубликовал решение. Из него следует, что приговор отменили по формальным основаниям. А именно потому, что адвокат Илья Кожевников заключил договор с обвиняемым и свидетелем по этому делу.

Мы также рассказывали историю врача из Липецка, которую обвиняли в смерти ребенка. Несколько экспертиз, в том числе с бюро Следственного комитета, не установили прямой причинно-следственной связи между действиями хирурга и гибелью ребенка. Однако еще одна экспертиза в частном бюро эту связь установила. Врача приговорили к реальному сроку, несмотря на то, что ее ребенку в тот момент было всего пять месяцев, а муж находился на СВО. После этого резонансного случая были приняты поправки в Уголовный кодекс РФ о частичной декриминализации медицины. Согласно им, врачей освободили от наказания по 238-й статье УК РФ (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности).