Почетную работницу «Уралмаша» раздавило краном в день рождения — на заводе-гиганте нашли десятки нарушений

Комиссия Ростехнадзора завершила расследование трагедии на Уралмашзаводе, где крановщицу Насию Григорян раздавило многотонным краном. Мы подробно рассказывали про этот несчастный случай и так же, как и семья погибшей, ждали выводов комиссии Ростехнадзора. Эксперты несколько месяцев опрашивали свидетелей, изучали документы и в итоге нашли множество нарушений в работе одного из старейших предприятий региона. Рассказываем о них подробно.

24 июня 2025 года Насия вышла на свою последнюю рабочую смену. Это был день ее рождения — Насие Тимергазиевне исполнилось 65 лет. Коллеги, с которыми она проработала много лет, поздравили ее букетом цветов. Через полтора часа Насия погибла. Ее раздавило краном, которым с земли с помощью пульта радиоуправления управлял оператор. Это случилось в тот момент, когда крановщица добиралась по рельсовым путям наверх до кабины своего крана.

Дело в том, что попасть на свое рабочее место с посадочной площадки, то есть безопасно, Насия не могла, потому что предыдущий крановщик накануне отогнал кран в сторону. Сделал он это вынужденно — кран, если оставить его рядом с лестницей, мешал работе другого механизма — пресса.

Насия не дошла до своей кабины совсем немного — рабочий, управлявший механизмом снизу, просто не заметил ее. Женщина погибла до приезда скорой от тяжелых сочетанных травм головы, шеи, внутренних органов.

Дочь Насии Тимергазиевны Елена передала нам акт с выводами о том, что стало причиной трагедии. В нем подробно описаны множественные нарушения, к беде привела целая цепочка обстоятельств.

Начнем с того, что Насия в этот день вышла на работу в соседний цех не на свой кран. В этом цеху кранами можно управлять дистанционно — с пульта радиоуправления. Но блок радиоуправления на одном из кранов был сломан. Починить пульт не могли с зимы из-за сложностей закупа оборудования из Кореи или Тайваня. И машинисты-крановщики из соседнего цеха по распоряжению начальства шли по очереди работать в тот цех, управляли краном вручную.

Вот что говорят по этому поводу специалисты Ростехнадзора: «ПАО „Уралмаш“ не обеспечен контроль соблюдения порядка допуска к самостоятельной работе на кране 15 машиниста Григорян Н. Т. при переводе с одного участка на другой. Также „администрацией структурного подразделения не было произведено ознакомление Григорян Н. Т. с особенностями устройства и обслуживания крана № 15 <…>, не был проведен инструктаж о характере производства работ участка“. Машинист крана „не была ознакомлена и проинструктирована с оформлением записи в журнале регистрации с технологическим процессом погрузки-разгрузки транспортных средств, технологической картой размещения оборудования и складирования грузов, инструкции по действиям в аварийных ситуациях это является нарушением Федерального закона „О промышленной безопасности опасных производственных объектов“».

При этом нужно все-таки отметить, что Насия, как положено прошла все необходимые ежеквартальные стажировки и инструктажи. Но, тем не менее, в разных цехах и на разных участках свои особенности, разная организация работы, необходима была стажировка и отдельный инструктаж.

Также в выводах указано, что инструкция предусматривает только один способ доступа на мостовой кран — через посадочную площадку. Но, как мы уже отмечали, сделать это было невозможно. Вопреки инструкциям, кран отогнали от лестницы, чтобы не мешал работе пресса.

При этом крановщик, накануне вечером отогнавший свой механизм, такой же заложник ситуации: инструкцию он нарушил вынужденно. Вот что говорится об этом в выводах: «Не созданы условия выполнения машинистом К. производственной инструкции».

— Позиция завода, когда проходило расследование, была следующая: мама не должна была добираться до крана самостоятельно. Должна была позвать ремонтную бригаду, — рассказывает дочь погибшей Елена Григорян, она присутствовала на всех заседаниях комиссии. — На это комиссия возразила, что ремонтная бригада вообще не имела права перемещать кран. У ремонтной бригады нет корочек машиниста. В инструкциях по подобным ситуациям сказано, что осуществлять манипуляции с краном может только крановщик. Кран 15, на который посылали работать машинистов из соседнего цеха, находился в середине пролета несколько месяцев, мешал. На мой взгляд, нужно было просто переставить местами блоки управления двух кранов — неисправного 15-го, который был в середине пролета, и любого крайнего крана, то есть починить 15-й кран за счет того механизма, который можно отогнать в тупик. И продолжать управлять краном 15 с пульта, а крайний кран в пролете просто отогнать в тупик и не трогать, пока не поставят оборудование. Тогда никто бы не добирался до кабины таким опасным способом.

При расследовании вскрылось, что человек, управлявший краном, который раздавил Насию, вообще не имел права выполнять эту работу.

Вот что говорят об этом эксперты государственной комиссии: «Не проходил обучение и аттестацию на право управления мостовыми кранами, оснащенными системами дистанционного управления по радиоканалу».

Поясним, этот рабочий — не сотрудник Уралмашзавода. Он трудоустроен в ООО «Глобал», аккредитованное как частное агентство занятости. Оно по договору направляет своих работников на Уралмашзавод. Этот сотрудник был принят на работу как специалист-вальцовщик. Но, как выяснила комиссия, не проходил обучение и по этой специальности, документы о присвоении квалификации «вальцовщик» у него отсутствовали.

На заводе он вообще выполнял обязанности стропальщика, но тоже без специального обучения.

Тем не менее начальство доверило ему большее — пульт управления краном. Со слов этого сотрудника, все руководители знали об этом. Он управлял краном около двух месяцев, пока не случилась трагедия.

Есть и еще один момент, отмеченный в акте: ключ-марка от крана дается под расписку, потом сдается на хранение в сейф, но рабочий по-простому держал ключ-марку где-то у себя в ящике. Никакой его росписи под выдачей не было и быть не могло, просто потому что управлять краном он не имел права.

В момент несчастного случая работник трудился за нескольких специалистов одновременно: выполнял обязанности стропальщика, крепил груз и был оператором крана — управляя им дистанционно, с пульта. Женщину наверху он не заметил. Елена, дочь погибшей крановщицы, отмечает вот что:

— В чем тут еще проблема: рабочие — крановщики, стропальщики, вальцовщики, все рабочие, начинали работу с 07:00–07:15, а у мастеров, которые должны в принципе следить за безопасным производством, смена начиналась с 07:30–07:45. Начинают позже, заканчивают раньше. Есть временные промежутки, когда рабочие находятся без надзора мастера. Это вопрос к директору по персоналу, которая утверждала графики производства работы: почему они составлены так, что создаются заведомо опасные ситуации.

Также в акте сказано, что начальник сварочного производства (это она дала неквалифицированному рабочему задание, которое можно было сделать только с помощью крана) сама не прошла аттестацию по промышленной безопасности.

Без такой аттестации работали и некоторые мастера на участках, ответственные за безопасное производство работ по подъемным сооружениям.

Комиссия по расследованию трагедии назвала ответственных за нарушения. Это руководители производства: главный инженер, начальник цеха и заместитель, а также первый заместитель руководителя предприятия.

Все рядовые сотрудники, кто причастен к несчастному случаю, от погибшей до оператора крана, нарушали инструкции вынужденно, проблема в организации безопасного труда.

Результаты расследования комиссии будут переданы в Следственный комитет. Уголовное дело возбуждено по части 2 статьи 217 Уголовного кодекса России — «Нарушение требований промышленной безопасности опасных производственных объектов». Сейчас фигурантов в нем нет.

Мы запросили комментарий у ПАО «Уралмашзавод», задав свои вопросы руководству предприятия. Публикуем ответ полностью.

— Согласны ли вы с выводами комиссии? В акте указано, что причины несчастного случая: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе недостатки в создании и обеспечении функционирования системы, нарушение требований к промышленной безопасности. Какие выводы сделаны и будут ли приняты меры, чтобы предотвратить подобные ЧП, будет ли пересмотрена организация производства работ (которая касается правил промышленной безопасности).

— Все замечания комиссии будут устранены в полном объеме. Большинство мероприятий, указанных в предписании комиссии, уже реализовано. Особое внимание мы уделяем правильности и своевременности проведения ступенчатого контроля по охране труда и промышленной безопасности. Введен строгий режим внеплановых еженедельных проверок, направленных на выявление нарушений требований охраны труда на производственных площадках, создан специальный отдел, обеспечивающий постоянный мониторинг исполнения мер безопасности всеми подразделениями, внесены изменения во внутренние регламенты и нормативные акты.

Но основная наша задача — свести риск травматизма к минимуму за счет сочетания строгих внутренних стандартов и дисциплине самих сотрудников, поскольку пренебрежение правилами может привести к тяжелым последствиям.

По статистике причинами серьезных производственных инцидентов становятся личные ошибки работников, нарушающих установленные правила.

Погибшая машинист крана — опытный специалист с сорокалетним стажем, прошедшая все инструктажи и обучения в соответствии с графиком, по собственной инициативе зашла в опасную зону, грубо нарушив инструкции.

— В акте указано, что предприятие привлекает сотрудников — рабочих на аутсорсе. Связано ли это с общей проблемой недостатка в рабочих кадрах? Сотрудник ООО «Глобал», причастный к несчастному случаю, не имел нужной рабочей квалификации. Будут ли предусмотрены требования к сотрудникам, работающим на аутсорсе?

— Дефицит квалифицированных кадров на рынке труда при быстро растущих объемах производства не всегда позволяет оперативно закрыть потребность в работниках, особенно рабочих профессий. Поэтому взаимодействие с лицензированными частными агентствами занятости, которые, согласно заключенному договору, обязаны предоставлять сотрудников требуемой квалификации — это один из вариантов обеспечения предприятия компетентным персоналом.

Председатель наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов считает, что «расширение сферы контроля» не решит проблему производства, в том числе организацию безопасности. Конкретный несчастный случай мы с экспертом не обсуждали, он высказался о ситуации в целом.

— У нас и так колоссальный контрольный орган, если выполнять все требования, невозможно получать прибыль. Но я сейчас скажу совсем не о том, что нужно ослабить контроль. А о том, что у нас сейчас еще [продолжается] процесс деиндустриализации (процесс сокращения доли промышленности в экономике страны, сопровождаемый уменьшением числа занятых работников. — Прим. ред.). И нужно выходить из нее, уходить на создание новых передовых производств, где всё с нуля просчитывается, в том числе все техногенные опасности. Нужна форсированная реиндустриализация (восстановление ранее утраченного промышленного потенциала в экономике. — Прим. ред.), а не копание, не латание того, что было полвека назад.

Мы рассказывали про несчастный случай на асфальтовом заводе в Каменске-Уральском. Рабочий получил тяжелую травму руки. А после того как у него закончился больничный, сотрудника с инвалидностью уволили. Хотя комиссия установила вину работодателя. Спустя шесть лет уралец обратился в суд и засудил завод на 1,5 миллиона рублей.