Все новости
Все новости

«Главное — научиться смаковать и наслаждаться». Летний рецепт счастья от дедушки и бабушки

Кажется простым: вкусно есть и петь от души

Автор текста лежит с бабушкой, устав от сбора ягод себе в рот

Автор текста лежит с бабушкой, устав от сбора ягод себе в рот

Поделиться

Воспоминания о детстве могут быть самыми разными: радостными, грустными, тяжелыми — или беззаботно-летними, как у Киры Деревцовой. В своей колонке для CHITA.RU она рассказала, почему ни один ресторанный деликатес никогда не сравнится с бабушкиным вареньем и дедушкиными грибами с картошкой.

Лето скоро закончится.

Но когда ты еще малюсенький школьник, июль не тычет пальцем и смеется, а так — тихонечко подтрунивает из-за непрочитанного списка литературы.

Лето в детстве я обожала за три вещи: дед учил меня вкусно есть, под предлогом освоения художественных произведений можно было весь день провести на крыльце-веранде, а вечером после трудового дня все собирались вместе.

Чаще мы смотрели телевизор, ели мороженое и кряхтели, что надо бы на ночь не есть сладкого и вообще. Но было в таких вечерах иногда удивительное — закрытая и собранная бабушка примерно раз в лето расслаблялась, счастливо пропускала вечерние новости, присаживалась в кресло на крыльце большого дома и начинала рассказывать о прошлом.

Так я узнавала о прапрабабушках и прапрадедах, о том, как всей деревней молились в засушливое военное время с иконами на горе, как сосед бабушкиной семьи заговаривал змей во время сенокоса. Разное. Что бабуля моя молодой воровала дрова для одной старушки, у которой они играли в карты. Или как однажды они с подружкой решили накачать мёда колхозного с целью незаконной продажи, а потом покусанные и опухшие сутки прятались на сеновале от моего прадеда, председателя этого самого колхоза. Как ее быстро сосватали деду, которого она никогда в жизни не видела, и в этот же день увезли из родного дома в новую жизнь.

Когда я стала постарше, бабушка такими дивными вечерами могла еще начать петь — я старалась запоминать. Или просто слушала.

Слушатели нам всем нужны.

Вечер, после дойки — представьте — закат уже растворялся в сумерках. И тут на пол-улицы бабушка начинала петь песни — протяжно. Так, как надо петь народные. Было неловко, но так хорошо на душе: вот моя ба сидит и поет песни полувековой давности про казаков, любовь несчастную и бескрайние степи.

Красота.

Летом вообще всё красивое.

Наше крыльцо, например. Вторая причина, которая убеждала меня не ныть вдали от городских подружек и всяких курортов, а просто наслаждаться тем, что есть. С него я наблюдала за соседями, зазывала туда наших котов, чтобы мне было не скучно, или просто сидела с книжкой. Крыльцо было большое. Красили его раз в три года. Мыли два раза в неделю. Оно было крытое — как полуверанда, шторочки с бахромой белые висели, кресла стояли. С него еще видно было низ улицы и дорогу до магазина — когда я к вечеру бегала за мороженым, за мной оттуда присматривали.

В семейном альбоме куча фотографий с этого крыльца: на нем выстраивали всех гостей и родственников и сами любили сесть в рядок и запечатлеть момент.

На крыльце только дед с нами редко сидел. Он предпочитал посвящать вечера программе «Время» и футболу. И он у нас в доме отвечал за всякое гурманство.

Первое, что я уяснила лет в пять: сало надо есть с зеленым лучком, редиской и хлебом. Затем мне объяснили, что городской йогурт в пластике — это отрава. Дед отправлял меня собрать кружку малины, смешивал ее со свежей текучей сметаной и присыпал сахаром.

— Вот настоящий йогурт, — говорил.

Ну и грибы его с картошкой — он никому чистить их и готовить после сбора не доверял. Мы приезжали из леса, деду вёдра ставили у раковины с проточной водой, он всё вычищал аккуратненько, а потом жарил — и этот запах стоял полвечера потом во времянке и в ограде. Еще дед делал потрясающую похлебку из мяса и картошки и приучил меня с детства толочь картофель в ней вилкой. И заедать хлебом. Поэтому до пяти, пока я отчаянно не начала расти быстрее всех в саду, я была пампушкой.

К ягоде вот только дед страсти не питал, за нее отвечала одна бабуля. Лучше ее земляничного варенья я сладкого в жизни не ела. А еще она выпекала хлеб домашний в русской печке, ватрушечки. А вареники какие делала! И меня учила. Но лучше всего у меня их получалось, конечно, есть.

Если вообще каждое лето у предков вспомнить, наберется целая книга рецептов и пара сотен таких приятных воспоминаний, которые мгновенно действуют как антидот от любой совершенно печали. В детстве это всё как-то так впитывалось быстро и не ценилось особо — такие моменты всегда на вырост.

Но лето странно не любить. Оно вкусное, пышное, душистое и обещает прекрасную жизнь. Летом мечтается иначе, иначе видится будущее и даже тяжелое время переживается чуть попроще.

И если вдруг это лето у вас не задалось, не отказывайтесь от его радостей. Возьмите малины и домашней сметаны, присыпьте сахаром, и обещаю — станет лучше. А если потом еще запоете что-то любимое, то совсем будет хорошо. На крайний случай купите сала, редиски и лука зеленого. И хлеба не забудьте — тут уж по вкусу. Мы с дедом заедали воздушным холбонским или бабушкиным из печи. Главное в этом рецепте — научиться смаковать и наслаждаться. И так потом делать всю жизнь.

Обратите внимание на репортаж из глубинки о том, как живут и почему умирают российские сёла, и на историю поселка, который со всех сторон отрезан водой от «большой земли».

Но есть и совсем другие истории — например, про бизнесмена, который случайно увидел заброшенную деревню и возродил ее, сделав процветающей.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

Другие статьи автора

Станьте автором колонки.

Почитайте рекомендации и напишите нам!

  • ЛАЙК23
  • СМЕХ3
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ1
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Новости РЎРњР?2
Новости РЎРњР?2